Запись опубликована Дупло Совы.Вы можете оставить комментарии здесь или тут

Frauenberatungsstelle Düsseldorf (Дюссельдорфский центр консультаций для женщин) празднует свое тридцатилетие 8 марта. Ни представительницы Дюссельдорфского городского самоуправления и Министерства по социальным вопросам, пришедшие на юбилей организации в Театральный музей (Theatermuseum Düsseldorf), ни сами сотрудницы центра не могли себе представить ту роль, которую играет этот центр сегодня.
Телефон под номером 0211/68 68 54 в приемные часы почти не отдыхает. За каждым звонком – человеческая драма. Разноязыкая речь. Довольно часто говорят и по-русски, поэтому по четвергам с 10.00 до 12.00 на телефоне дежурит русскоязычная сотрудница. Среди главных задач центра - помощь женщинам, жертвам торговли людьми и принудительной проституции.
Однако чаще сотрудницы знакомятся с этими женщинами после того, как те задержаны полицией. В Германию они попали разными путями из других стран Евросоюза: из Румынии, Болгарии, Польши, Балтийских стран; много африканских девушек, например, из Нигерии; а еще женщины из России, Украины, Молдовы… Как правило, они практически не говорят по-немецки, и это усугубляет тяжесть их положения.
Счастливые сны - и пробуждение в aду
Галина чувствовала себя так, словно вытащила счастливый билет в лотерее. Ей только что исполнилось 25 лет, она давно и безуспешно обивала пороги в родном городском бюро по трудоустройству. Теперь автобус уносил девушку за границу. На руках у нее была «гостевая» въездная виза. А в Германии ждала работа – танцовщицей в ночном клубе. И, вот, повезло! Не было никакого кастинга, и даже подтверждения, что умеет танцевать не потребовали.
Когда девушка пришла по указанному адресу, ее сперва провели в комнату, где она будет жить. И сказали, что на самом деле ей предлагается работа… проститутки. Галя и сама теперь не понимает, как ей удалось сбежать оттуда. Заночевала у подружки – той самой, землячки. Позже пришел мужчина, вроде в гости. Гале он понравился, и вскоре она переехала к нему. Неожиданно новый друг потребовал, чтобы она начала для него зарабатывать… сексуальными услугами. Она отказалась, и он впервые за время знакомства жестоко избил ее. Теперь Галя сидела под замком. Приходили клиенты. Она делала все, чего те хотели. А сутенер забирал все деньги, насиловал ее и бил, бил, бил…
Однажды девушка преодолела страх. Она выбралась на улицу через окно и попросила о помощи первого же прохожего. Тот вызвал полицию. Галю препроводили в депортационную тюрьму, поскольку виза давно истекла, А вот кровоподтеки на лице и руках Галины в тот момент не привлекли внимания полицейских, хоть и должны были! Ее состояние впервые заметила социальная работница тюрьмы, которая, к счастью, знала русский язык. Она уговорила Галину дать показания. По ходатайству адвоката девушка вышла из тюрьмы и осталась в Германии до окончания процесса. На основании ее показаний после долгого процесса вся группа торговцев живым товаром оказались за решеткой.
Похожий кошмар пережила и двадцатилетняя Елена. Она тоже приехала в расчете на совсем другую работу – собирать клубнику на полях. Ее из дома выманил таким обещанием земляк, виртуальный «друг». Правда, Лене больше повезло: сутенер, выходя, забыл на столе мобильный телефон. И она позвонила в полицию. Приехали за ней сразу. Лена дала показания против своего мучителя, и ей, гражданке одной из стран Евросоюза, разрешили вернуться домой - под условием, что она приедет на судебный процесс. Лена оказалась не единственной пострадавшей в этом уголовном деле. Другие жертвы того же самого сутенера также дали показания. Его сейчас ожидает приговор суда, а по отбытии долгого тюремного наказания – высылка на родину.
- Побои, изнасилования, чувство абсолютной беззащитности в чужой стране… Как справляются с собственной памятью Ваши подопечные, которые прошли ад принудительной проституции? – спрашиваю я сотрудницу Frauenberatungsstelle Düsseldorf Юлию Штольц, которая занимается непосредственно работой с иностранками, жертвами принудительной простиции. Кроме немецкого и русского, Юля в совершенстве владеет английским языком, что необходимо при работе с большинством африканок. А вот показать на снимке свое лицо она не может - для безопасности клиенток!
- Годами преследуют их кошмары во сне и наяву, бессоница, депрессии, - отвечает Юля на мой вопрос. – Почти все эти женщины нуждаются в помощи психологов и психотерапевтов. Они задают себе вопрос, почему такое случилось именно с ними. Им часто нужно объяснять, что в этом нет их вины, что они – жертвы преступления, а не его виновницы.
-Все жертвы торговли «живым товаром» занимались проституцией против своей воли?
- Не все. В Германии разрешено платное оказание сексуальных услуг. Некоторые наши подопечные считают для себя приемлемым зарабатывать деньги сексом. Некоторые и дома так зарабатывали. Услышали, что в Германии платят больше, и приезжают поработать в борделях. Часто – нелегально. В таких случаях их права никак не защищены.
- Какие права?
- Они не могут отказать ни пьяному клиенту, ни извращенцу. Их принуждают работать без презервативов. Сутенеры отбирают у них все деньги. Их избивают. Жизнь этих женщин превращается в настоящий кошмар. Порой полицейская акция в борделе или на улице, где они поджидают клиентов, и арест за нелегальную проституцию оказываются настоящим спасением.
Чтобы не стать жертвой обмана
- Что они могут предпринять заранее? Как уберечься от потенциальных обманщиков?
- Те, кто потом становится нашими клиентками, приезжают обычно по объявлениям частных лиц. Объявления – специфические: там мало информации о том, чем, собственно, девушка должна будет заниматься, и ничего – об оформлении разрешения на работу в Германии и о трудовом договоре. Должно насторажить, например, приглашение работать официанткой или секретаршей, если не требуется знание немецкого языка. Или танцовщицей – без проверки умения танцевать. Нужно проверить, зарегистрирована ли в соответствующем реестре фирма приглашающего лица. Уезжая из дома, необходимо оставить близким адрес заграничной фирмы и номера контактных телефонов. Эти меры не снимают, но значительно снижают риск возможного обмана.
Попав в беду, женщины часто молчат, не зовут на помощь. Они запуаны, им страшно. Но ведь все происходит в в больших городах, почти на виду у людей! Ко многим помощь извне могла бы прийти значительно раньше, если бы хоть кто-нибудь из соседей по дому, где одна из квартир превращена в нелегальный бордель, или прохожих, заметивших сцены издевательства над женщиной за окном, просто позвонил по номеру телефона 110.
Ежегодно правозащитные женские организации (а их в одном Дюссельдорфе – восемь) выходят на интернациональную акцию против продажи женщин и принудительной проституции. Frauenberatungsstelle Düsseldorf (Дюссельдорфский центр консультаций для женщин) неизменно участвует в этих акциях. Например, в ноябре прошлого, 2011 года они, в знак солидарности с жертвами насилия, взялись за руки и выстроились длинной цепочкой в Альтштадте Дюссельдорфа. В руках у них были плакаты с призывами к горожанам, к их совести: не закрывать глаза и не проходить мимо насилия и человеческих трагедий.
А мы?! Почему нам не стыдно?!Мы оберегаем собственное спокойствие? Не рискуем вторгаться в чужую жизнь, не имеющую к нам прямого отношения? А может, просто не хотим это видеть, потому что нас непосредственно это не касается?! .

Клавдия РОТМАНОВА
(Опубликовано в журнале “Контакт-Шанс” №14, 2012)

                        * * *

Не капризы оптики, не виртуал...
Это чей силуэт мне на стену упал?
И стихов не расслышать, так тихи.
Отпусти же нам, Господи, наши грехи!
Не оглядываюсь я вслед себе же самой.
Не скользить мне вдоль парка той давней зимой!
И над трубами больше не стелется дым.
И не мучает душу тот, кто был так любим.

Только дай мне прошедшее не забыть,
Потому что забыть его - как убить.
А меня не утешит эта легкая месть.
Дай мне, Боже, согреть тех, кто рядом есть!

                                                           9 марта 2012.

Запись опубликована Дупло Совы.Вы можете оставить комментарии здесь или тут

Боюсь литературных состязаний - с тех самых пор, как выставила на некий конкурс свою пьесу “Контейнер”. Дело не в том, что пьеса там никакого места не заняла - это дело нормальное! А почему бы она там должна чего-то выиграть? И даже не в том, что я среди российских столичных и провинциальных конкурсантов была ментально чуждым элементом. Да еще эмигрантка, которая ни с кем не то, что вместе за столом не сиживала, но и вовсе к столу представлена не была!
Дело в том, что та моя пьеса удостоилась рецензии неумной и высокомерной, на которую теперь годами наталкиваюсь в Интернете! Приятного в этом ничего нет.
Долго я шарахалась от всяких таких мероприятий! А ныне мне предложили отправить стихи на некое поэтическое состязание. И когда я туда заглянула, что-то внутри попятилось, встало на дыбы, захрапело и громко так, протестующе заржало!.. Интересно, что бы это могло быть?!
Вот и думаю: выводить ли Пегаса на ипподром? Хотя, конечно, дело это мое сугубо личное, решать мне… Знаю! Но уж если пишу, то не затем, чтобы это прочитать в отзывах!..

Запись опубликована Дупло Совы.Вы можете оставить комментарии здесь или тут

Номера телефонов 0211/946 8520 и 0211/946 8521знают в Дюссельдорфе многие люди, говорящие по-русски. Евреи и христиане, немцы и русские звонят, чтобы услышать сочувственный и доброжелательный голос, получить психологическую поддержку. В этой службе работают люди разных национальностей и религий. Так было уже с самого начала.

Первая в Германии русскоязычная «горячая линия» линия Телефона доверия уже двенадцатый год действует при еврейской общине Дюссельдорфа. Две телефонные трубки, обращенные друг к другу, между ними буква, означающая на иврите «жизнь» - логотип этой службы. По мнению ее создательницы и бессменной руководительницы , опытного психолога самой высокой квалификации Марии Гус, в этом логотипе графически выражена квинтэссенция самой сути Телефона доверия.

* * *

В мире выработаны общие принципы для всех телефонов доверия. В первую очередь, гарантируется анонимность абонента и консультанта: ни тот, ни другой не обязаны называть себя, передавать свои личные данные.Телефонный номер абонента не фиксируется. Обеспечена и конфиденциальность: содержание беседы не записывается и не передается третьей стороне; может собираться лишь статистическая информация о звонке: категория проблемы, возраст абонента (если он его сообщил), его социальное положение. Один из основных принципов -

толерантность: взгляды, которые высказывает абонент, не осуждаются и не критикуются; это позволяет создать комфортные условия для разговора и эффективной работы с проблемой. Причем абонент может в любой момент прервать разговор, но при определенных условиях то же может сделать и консультант. Это общие базовые принципы, но каждый телефон доверия вырабатывает свою методику консультирования, набор правил и установок для консультанта.

Стена маленького, но очень уютного, светлого бюро Телефона доверия при еврейской общине Дюссельдорфа увешана листками с правилами, разработанными руководством этой службы доверия. Они дают представление о стиле взаимодействия с абонентом и об атмосфере в команде. Присутствовать при беседе с абонентом мне, по известным причинам, не разрешат.

Читаю на выбор: «Оставь свои личные проблемы, войдя в эту комнату и на все время пребывания в ней. Не надо исполнять роль психотерапевта. Телефон доверия – средство излить душу, выплеснуть боль, встретить взаимопонимание. Твое уважение, сострадание и терпение к абоненту – качество твоей души. Только бы не сгореть на работе!» И чтобы не согнуться под грузом ответственности и не поддаться напору требований на другом конце провода полезно иметь перед глазами и такое правило: «Ты никому ничего не должен, кроме своей совести. И община никому ничего не должна. И Германия – тоже». А самое главное, как водится, в конце: «Анонимность и дискретность нашей работы – это не лозунг! Это принцип, не соблюдение которого не знает прощения».

* * *

Поскольку один из главных принципов Телефона доверия – анонимность, ее сотрудники даже близким не рассказывают о своей общественной работе. Единственное «открытое лицо» и пресс-атташе Телефона доверия – Мария Гус. Она и дала мне интервью для журнала «Контакт-Шанс».

- Можно ли сказать, что за одиннадцать лет Телефон Доверия при еврейской общине Дюссельдорфа уже осуществил все свои планы по развитию службы?

- Нет! У нас, например, уже два года действует немецкая линия, и мы будем расширять ее. Она в первую очередь необходима поколению наших детей, которые видят сны уже не по-русски. Кроме того, хотелось бы создать еврейские группы для людей потери - тех, кто живет под знаком утраты близкого человека. Человек не должен быть один! Такие группы есть при всех или очень многих христианских общинах, и нам есть, откуда черпать опыт.

- А как Ваша служба делится своим опытом?

- Мы, например, активно участвовали в организации Телефона доверия при еврейской общине Мёнхенгладбаха. Там эта служба запущена с января этого года. А в первый год нашего существования мы помогли создавать аналогичный Телефон доверия в Кельне. Прошлым летом они отпраздновали свое десятилетие. Мы до сих пор с ними сотрудничаем и стараемся, чем можем, им помогать. Мы охотно делимся с коллегами своим опытом, и разработанными нами логотипом и правилами. Но самое удивительное, что количество звонков к нам из тех городов, где есть своя телефонная служба доверия, почему-то не снижается.

- Скажите, пожалуйста, чего ищут люди, когда набирают номер Телефона доверия?

- В первую очередь, чувства причастности к их делам и эмпатии.Эмигрант, даже выучив язык и встроившись в жизнь Германии, часто годами несет груз внутреннего одиночества и взаимного непонимания с окружающей средой. Это огромная нагрузка для психики!

- Изменилась ли за одиннадцать лет проблематика Ваших клиентов?

- Да! Все, что связано с эмирантским одиночеством осталась, но у многих появилась и проблема отчуждения от внешнего мира и от собственных, выросших уже здесь детей, которые интегрировались в Германию не только профессионально, но и ментально. Дети уходят во взрослую жизнь, у них изменяются ценностные установки. Традиционно тесные связи между поколениями, особенно – в еврейских семьях, слабеют и разрушаются. Так вырастает мучительная стена отчуждения. Чтобы как-то его редуцировать, люди и обращаются к нам, в службу Телефона доверия. Кроме того, наши постоянные клиенты (есть и такие) с возрастом и тяжело переносят это. Растет также количество тех, кто перенес травму потери близкого человека, часто – супруга.

- Многоо ли людей обращается в Вашу службу?

- Вот статистика! За одиннадцать лет работы нашего Телефона доверия мы получили больше пятнадцати тысяч звонков – это немало, если учесть, что мы работаем всего несколько часов в день. Недавно мы увеличили прием звонков до двадцати трех часов в неделю.

- Как понимаю, люди часто обращаются к Телефону доверия, как к единственной службе, где надеются на понимание. Кто же на Вашем конце провода с ними разговаривает?

- Мы собрали команду специалистов очень высокого уровня в разных областях. Пять человек работают у нас с самого начала, с 2000 года – это наш костяк Сейчас нас семнадцать человек. Есть у нас в команде профессиональные психологи, педагоги, информатики, есть нейрофизиолог, социальный работник, есть менеджер по коммуникациям, есть социальный аналитик. Дважды в месяц, по средам, звонки на наш номер принимает раввин..У нас в команде собрались люди, искренне верующие. Это не только иудеи, но и христиане разных конфессий.

- И чем вознаграждается их труд?

- Во всяком случае, не деньгами – у нас, как это принято во всем мире, на телефонной службе доверия люди работают бесплатно. Причем, заметьте, многие посвящают ей свое время после официальной работы. У наших сотрудников есть потребность помогать другим людям – и все цельное, здоровое в их душах направлено на тех, кто запутался в своих жизненных трудностях и кому нужно помочь выговориться и выплеснуть внутреннюю боль.

- А когда можно- звонить?

- С понедельника по пятницу мы работаем с 10.00 до 12.00, а ткаже с 16.00 до18.00. В воскресенье – с 13.00 до16.00.

Клавдия РОТМАНОВА